ребенок в детском саду

Дина Сабитова

Книги Дины Сабитовой читаешь на одном дыхании. Они остаются в памяти — либо светлыми историями про шаловливого котенка Марту или выдумщицу мышь Гликерию, жизнь которой состоит сплошь из цветных и полосатых дней. Либо же задумчивым послевкусием повестей «Там где нет зимы» и «Три твоих имени», где рассказывается о судьбе детей в детских домах.

Это книги о детях и о том, как сделать их жизнь добрее, справедливее и интереснее. Начинать, конечно, нужно с себя — с родителей.

Дина — мама троих детей. О своем опыте материнства, о том, почему ее дети учатся дома, о том, что жизнь прекрасна, мы побеседовали с ней.

— Расскажите, пожалуйста, Вы ходили в детский сад? Какие у Вас воспоминания?

Дина Сабитова: — Бабушка моя жила далеко, няни в нашей среде в те годы были не приняты, поэтому я ходила в ясли и сад. Я рано научилась читать, в основном, воспитатели меня не обижали, я выступала на всех утренниках и была Снегурочкой для младшей группы. Воспоминания – стандартные. Тоска, что ты не дома, в толпе чужих людей, постоянное унижение от того, что все минуты твоей жизни публичны, постоянная готовность, что с тобой или кем-то другим случится плохое: накричат, высмеют, накажут несправедливо. Вонючий рассольник и страстное ожидание, когда придет уже мама. Хорошее – одно: вот цветут яблони в старом саду и мы приклеиваем лепестки куда попало. На ногти, на веки. Лепестки прохладные. Потом – зацветает черная смородина, и мы съедаем ее зеленый цвет прямо с куста. На участке много кустов, и за ними можно сесть на землю и на пять минут остаться одному.

— Ваш старший ребенок ходил в детский сад, а младших не повели. Как пришли к тому, что для детей лучше домашнее воспитание и образование? Что больше всего смущало в саду?

Дина СабитоваДина Сабитова: — Один мой ребенок ходил в детский сад. Один мой ребенок пришел в нашу семью из детского дома, так что о детском саде речь не шла.

Причин выбора “домашней жизни” было много. Желание быть со своим ребенком, видеть как он растет (сразу уточню, что у меня была такая возможность, а быть с детьми мне не скучно). Понимание, что так называемое развитие и обучение в детском саду – мероприятия крайне низкоэффективные. Осознание того, что большая часть воспитателей – совсем не интересны мне в качестве собеседников, в иных условиях мне не пришло бы в голову поддерживать с ними знакомство, так почему я доверяю им быть с моими детьми весь день?

А еще я не люблю сад и школу за то, что они пытаются диктовать всей семье, как ей жить, что делать.

Нет, я не хочу прямо сейчас участвовать в конкурсе поделок из природных материалов. Нет, и завтра не хочу тоже. Нет, я не планировала к завтрашнему дню подготовить альбом “Моя семья”. Нет, мне не хочется тратить время на то, чтоб в саду была выставка и воспитателей похвалили.

Младший сын пошел в подготовительный класс хорошей частной школы (там учился старший). Он проводил там половину суток (если считать дорогу). Но даже там нет-нет, да и возникало вот это “ваш ребенок такой, что вы хотите, мамочка, надо с ним больше заниматься”. Родитель почти всегда виноват у воспитателя. А воспитатель – у родителя. Я не хочу в этом участвовать.

А еще я не знала, что ответить на вопрос сына: “Мама, я понимаю, что заниматься надо, по расписанию. Это как работа. Но я не понимаю, почему я должен идти гулять, когда велят, или спать, когда велят. Как в тюрьме. Это личное дело человека, почему я должен?” Я не нашла ответа на этот вопрос. И сделала так, чтоб он не был должен сызмала гулять и спать в указанное чужими людьми время.

Конечно, сыграло роль то, что я, в том, что касалось пресловутого “детского развития”, считала себя достаточно компетентной. Я интересовалась педагогикой с юности, в старших классах собирала библиотеку педагогической литературы (и там было все, от древних греков, Коменского и Песталоцци, до Амонашвили и Соловейчика), в девяностые подрабатывала, готовя детей к школе. Так я себя оправдывала, что, мол, имею право сама растить своего ребенка. А потом поняла — это все ерунда, на самом деле. Внушенный религиозный экстаз перед официальными дипломами.

У вас есть ваш ребенок, вы его любите, вам с ним интересно, – а все, что вам нужно информационно, – к вашим услугам книги и интернет.

Поверьте, учителя и воспитатели тоже учатся по книгам, а не впитывают в тайной пещере что-то сакральное и вам недоступное.

Детский сад – это место, куда вы отдаете ребенка на хранение, потому что жизнь сурова и вам надо работать, иначе голод, а ребенка оставить не с кем. Или это место, куда вы отдаете ребенка на хранение, потому что вам интереснее быть в офисе, чем с ним. Я понимаю обе этих ситуации, сочувствую первой (у меня это было со старшим сыном), понимаю, что люди имеют абсолютное право на вторую позицию. Но в моем мире – это вынужденная мера, а не то, что необходимо и полезно всем и каждому в сложившейся дозе.

— Какие методики воспитания Вам близки?

Дина Сабитова: — Методика – слово для отчета в РОНО. Воспитатель методику применил, в тетрадочку отчет написал, а потом – ура! – шесть часов вечера, работа кончилась, пошел домой ужинать и «Дом-2» смотреть.

Вы же мама навсегда, а не по трудовому договору.

Дома, в семье – просто жизнь. Какие методики жизни с мужем вы используете? Какая методика общения с пожилыми родителями вами применяется? Вы решили научиться шить, купили книгу про это, шьете себе юбку – какая методика вашего самообучения была использована?

Можно, например, попытаться осознать принципы этой жизни. Опять же – дело искусственное, потому что вот жизнь, вот ты – у тебя или получается жить вот так, или не получается. Если не получается – никакой принцип не поможет. Но давайте попробуем.

Основной принцип – не врать.

Ребенку можно сказать правду про что угодно, только надо подумать, чтоб подобрать понятные для него слова. У меня нет и не было запретных тем для разговора. Я могу говорить обо всем. О гомосексуалах и атеизме, о смерти и сексе, о древних греках и российском президенте.

— Отличаются ли дети-«детсадовцы» и дети на домашнем обучении? В чем это выражается, например, на детской площадке?

Дина Сабитова: — Я никогда не ходила на детские площадки. Мне скучно было. Но когда я вижу своих детей-домашников, и детей-домашников моих друзей, то я замечаю одну яркую черту. Для них не существует жестких возрастных границ. В школе, в садике есть вот это — “я из подготовительной группы, а ты — хи-хи! – ты из средней, малявка!”

Домашники общаются с любым человеком как с человеком. Они даже не задумываются, третий это класс, или пятый. Потому что они не сталкиваются с делениями на ранги по этому формальному принципу. Не слышат в свой адрес: “Средняя группа, идем на прогулку”. Они – просто люди, а не третий «б» и не средняя группа. Мой старший сын (ему 15 лет) одинаково легко играет и с девятилетней дочкой знакомых (она намного меньше его, но он находит, чем ее развлечь), и с двухлетними малышами (он носит их на руках – ему нравится заботиться), и так же легко разговаривает с любым взрослым.

— Чему научило Вас материнство? Быть может, появилось новое хобби и т.д.

Дина Сабитова: — Хобби – шить или рисовать картины – обычно развивается не благодаря материнству, а параллельно. Но, пожалуй, материнство “втянуло” меня в активный интерес и поиск информации по темам, которые бы иначе не привлекли внимания. Например, я долго состояла в сообществе живого журнала, посвященного грудному вскармливанию (суммарный стаж кормления детей у меня чуть больше шести лет на двоих сыновей), так что в этом я достаточно квалифицированная и информированная мама, чтоб понять, какую чушь несет иногда участковый педиатр.

Сейчас мои младшие дети перешли в 4 и в 10 класс, и много времени занимают наши совместные занятия. Скажу банальность, но я счастлива, что у меня есть возможность (потому что есть необходимость) – еще, еще и еще узнавать что-то новое о мире. Учебник алгебры или биологии может быть интереснее детектива. Анализировать, какой из учебников подойдет именно твоему ребенку, – очень увлекательное дело.

— Молодые мамы часто жалуются на «день сурка», усталость. Как можно разнообразить досуг, выйти из замкнутого круга?

Дина СабитоваДина Сабитова: — Читать книги? На это время нередко находится, особенно пока кормишь грудью. Но если не находится время и на чтение, если нет помощи от мужа или родителей (а если есть, то вы придумаете, куда сходить отвлечься) – то можно решить для себя: вот такой у меня период жизни. Он закончится непременно.

С детьми ведь как? Ничего вечным не бывает.

Подгузники – пройдут. Детсад – пройдет. И даже школа тоже однажды закончится. У молодых матерей часто бывает вот эта паника: “А-а-а!!! Он не хочет ходить на горшок!“ Включите голову, буквально все, что происходит с вашим ребенком – не навсегда! Если ваш ребенок относительно здоров, он обязательно, еще до школы, научится ходить на горшок. Я вам обещаю. Я не видела ни одного двадцатилетнего здорового человека, который бы не ходил на горшок, не умел собирать пирамидку и не знал бы цвета. И ваш научится.

— Помогают ли старшие дети присмотреть за младшими?

Дина Сабитова: — Когда-то, когда мой младший сын был в том возрасте, к которому можно применить слово “присмотреть”, я в достаточной степени могла положиться на старшего сына. Все же пять лет – солидная разница.

Если ваш подросший ребенок посылает вас на вашу просьбу поднять упавшую погремушку младшего – вы что-то делали не так. Причем, не сейчас, а уже давно. Что делать? Не знаю. Это ваша семья, нет никого на свете, кто знал бы ее лучше.

— Как приходят идеи новых сюжетов?

Дина Сабитова: — Это один из обязательных вопросов, когда интервьюируют писателя. Отвечать на него безмерно скучно, во-первых, потому, что правды ты не скажешь, а во-вторых, потому, что если люди ничего твоего не читали, – им это не интересно. Так что я готова отвечать, как была придумана “Мышь Гликерия”, почему появились “Сказки про Марту”, как появилась старуха-клоун в книге “Цирк в шкатулке”, имеет ли реальную основу “Где нет зимы” и почему в “Три твоих имени” на одну книгу и одну судьбу героини – пять разных финалов.
О сюжетах “вообще” – я не готова отвечать, бессодержательные разговоры увеличивают энтропию.

— При написании книжек и сочинении рассказов Вы ориентируетесь на реакцию своих детей? Бывало ли такое, что сюжет или образ героя меняли?

Дина Сабитова: — Нет и нет. Дети видят то, что я пишу, в процессе, я могу пересказать им тот или иной кусочек, но я не ориентируюсь ни на кого, кроме себя самой.

Я некоммерческий автор – так что могу писать как хочу.

Давайте аналогию проведем: вы идете по улице, а вам говорят: надо, чтоб ваш шаг был на 5 сантиметров длиннее, а ногу вы ставили на 2 градуса левее. Долго ли у вас получится идти, слушаясь этих советов? Вот именно.

— Современные родители стали более избирательны в сказках. Русские народные сказки, сказки братьев Гримм многие сейчас отказываются читать детям, так как находят героев и сюжеты страшными. А какой герой подходит и современным родителям, и детям?

Дина Сабитова: — Зависит от возраста. Мне очень нравятся сказки, которые выпускают издательства “Розовый жираф” и “Самокат”.

Еще можно и самим сочинять, детям понравится не потому, что у вас талант, а потому, что это мама для него придумала. А не Андерсена для миллионов детей в книжке напечатали.

Вообще, это достаточно болезненное место в восприятии своего ребенка. Нет, он или она – не один из 20 воспитанников младшей группы. Он не один из 700 учеников этой школы. Не один из тысячи прикрепленных к поликлинике детей. Не один из миллионов пятилеток, которым должен нравиться Лунтик или сказки братьев Гримм. Он ваш единственный уникальный ребенок. У вас двое, трое, пятеро? Тогда он ваш единственный первенец – других нет. Или это ваша единственная первая дочка. Или один в мире – больше таких не будет – младший сын. Или неповторимый средний. Ребенок – всегда штучное производство.